Красивый журнал "Мир фантастики" в последнем номере (февраль 2009 г.) опубликовал статью "Жвачка фэнтези" некоего м-ра Гаркушева, отрекомендованного нам писателем-фантастом. Разгромная достаточно статья, обоснованная такая. С яркими образами упадка жанра и вообще.
Вот только появились у меня, простого читателя-любителя несколько вопросов вслед.
"Довелось мне прочесть солидную эпопею…", пишет м-р Гаркушев. Отечественный автор, несколько книг. И начал он, значится, вспоминать, что ж он читал такого из фэнтези. Нашего и зарубежного. Навспоминал и пришел к банальному выводу. У нас все плохо, у них – гениально. Потому что наши пишут по канону, а они – с глубокой идеей. Так сказать, "Слава богу, отличаем незабудку от…"
Стоп. Давайте по порядку.
читать дальшеЧто м-р Гаркушев понимает под каноном? Цитирую (отрывками, но без потери идеи): "Свалилось на героя несчастье. Или захотел приключений. И пошел герой в дальние дали. Он кого-то обидел или его кто-то обидел. От драки к драке он становится круче. Нашелся артефакт. Появилось новое знание." И так далее, и тому подобное.
Не знаю, как наше российское фэнтези, а мне этот, простите, "Канон" напомнил типичную фабулу ЛЮБОГО не слишком авангардного произведения. Почти любого жанра. Что, простите, "Унесенных ветром" сюжет по-другому сложен? Или в "Звездных войнах" все это иначе? Да и азимовская Академия как-то, знаете ли, похожа – разве что вместо одного героя целая организация. А уж буквально все классические фэнтези-произведения этим каноном пропитаны.
Соответственно канон, фабула одинаковы для всех. И вот здесь я согласен с ПОСЛЕДНИМ абзацем автора – должен сюжет дополняться идеей. Без интересных идей любое произведение не станет великим. Хотя оно может иметь интересный стиль, и стать вполне неплохим бестселлером. Таких книг у нас множество.
Вы уже почувствовали подмену понятий? Нет?
"Подсчитайте количество авторов, работающих на ниве фэнтези, и ничего, кроме фентези не пишущих. Увы, в большинстве случаев они производят жевательную резинку" (Е. Гаркушев).
Т.е. м-р Гаркушев нахально объявляет российское фэнтези – графоманством. Оставляя, впрочем, себе небольшую лазейку – не всех обхаял, сказал лишь про большинство. Некоторых он, видимо, согласен считать таки хорошими авторами. Но вопрос-то не в этом. Есть проблема графоманства, я полностью согласен. Но – в каком жанре её нет? В НФ? Детективах? Любовных романах? Современной прозе-мейнстриме?
Так что не стоит приравнивать два понятия. Графоманство всегда процветает в тех жанрах, которые популярны и востребованы. А фэнтези на сегодняшний день таким жанром является. Однако это не портит жанр.
К слову о графоманстве. Я не глубокий знаток НФ последнего десятилетия, поэтому судить не возьмусь, но лично я про м-ра Гаркушева узнал из этой статьи. А вы?
Но продолжим чтение.
"Идеи фэнтези-романа отличаются монументальностью. Добро побеждает зло. Человеком нужно оставаться всегда. За все надо платить… (перечисление монументальных идей продолжается раза в два дальше… - И.Д.) Проблема в том, что все эти идеи тысячи раз обыгрывались. У древних греков, у Шекспира, у классиков жанра."
Итак, в романе должна быть идея. Но – идеи быть не должно, ибо банально. Впрочем, чуть далее м-р Гаркушев милостиво признает, что идея может быть и банальной, был бы мир ярким (потому что гадить на Толкиена с Желязны он то ли побаивается, то ли просто не хочет, а у них все идеи – из того же списка). Так что неясно, чего же м-р Гаркушев хочет нам сказать.
А ведь все гораздо проще. Важна не столько идея, сколько её подача. Миллионы книг содержат идею "Любовь прекрасна". Но сравните подачу этой идеи у, например, Головачева в "Запрещенной реальности" – и у Куприна в "Гранатовом браслете". А идея победы добра над злом у Сапковского в "Ведьмаке"? Или идея "Человеком надо оставаться всегда" в книгах Макса Фрая?
К слову, когда-то мне довелось прочитать, что Борхес предложил классификацию сюжетов. Все сюжеты всех произведений, говорил он, так или иначе сводятся к четырем типам. И ничего нового быть не может. Так, изгаляются авторы в меру таланта, стиля и словарного запаса.
И напоследок еще один пассаж, допущенный автором.
"Толкин создал свою мифологию – нечто большее, чем просто роман. И Желязны тоже. И Ле Гуин. А вот наши писатели слишком часто увлекаются заимствованием из чужих миров, причем заимствованием небрежным"
Позвольте-позвольте. Вот Бредбери создал хорошую вселенную. Азимов – неплохую. У Желязны что-то иногда получалось. А остальные попросту у них сюжеты да идеи таскают, да вставляют как попало. Согласны? Нет? Чудовищное обобщение, да?
Просто м-р Гаркушев опять жутко передернул ситуацию. Толкиен поселил в своем мире жутких орков. И теперь любого, кто хочет поселить в свой мир орков, мы назовем заимствующим чужое? Вопрос ведь не в том, что я поселил орков. Вопрос исключительно в том, что я с этими орками буду делать. Могу сделать их злобными и тупыми слугами темного властелина, и это будет банально. Могу сделать тонкими знатоками природы – это будет мой вклад. Пехов их сделал наследниками темного колдунства нестандартного – тоже интересный ход. А может быть, у орков из банального варианта вдруг начнет просыпаться совесть – почему, из-за чего, к чему это привело? Достойный сюжет для романа, если хорошо написать.
Итак, заимствовать можно. Если не небрежно, тут я опять же согласен с м-ром Гаркушевым. Заимствовать, перерабатывать творчески – но это опять к разговору о таланте и графоманстве.Подводя итог. В одной из критических своих работ Анджей Сапковский сказал: "Критик всегда знает лучше".
*хотелось написать другую цитату, но – вдруг окажусь неправ. Я же действительно не читал творений м-ра Гаркушева* Я попробовал составить список 10 крупнейших известнейших российских авторов фэнтези, и понял, что м-р Гаркушев то ли с их работами никогда не сталкивался, то ли отнес их в число тех самых некоторых, про которых мы не говорим. А может быть, он в принципе недолюбливает фэнтези как жанр, и вообще, "чукча не читатель, чукча писатель". Так тоже бывает.
Фэнтези как жанр само по себе не плохо и не хорошо. Бороться надо не с ним, а с графоманством. И писать талантливые работы.
Чего я и желаю автору.